Мои привычки


АВТОР: Татиус (tatiys22@rambler.ru)
НАЗВАНИЕ: Мои привычки
ФЕНДОМ: J-rock; The Gazette
РЕЙТИНГ: R?
ЖАНР: POV Руки; Slash
СТАТУС: закончено
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА: Рейта/Руки; Уруха; Кай.
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ: Одно матное слово; сцена пастельная между мужчинами - одна. Кто боится увидеть Кая в роли свахи и Уруху в роли бабки-сплетницы, тому читать сие строго воспрещается.
ДИСКЛАМЕР: все мемберы группы принадлежат самим себе, на владение ими не претендую.
ОТ АВТОРА: *мурлычет* мууууж… ^_________^ эта тебе =^_^= Целиком и полностью ))


Привычка – вторая натура (с)


С самого начала я знал, что оставлять Рейту у меня на ночь после работы в студии – плохая идея. Однако по доброте душевной всё же оставил. О чём потом искренне пожалел.
Человеческой наглости нет предела – это я тоже знал и, причём давно. Но как-то совсем не думал, что предел не предусмотрен совсем.
Как и не думал, что у меня это войдёт в привычку. В привычку будить тебя по утрам и получать пинок ногой, а потом, потирая ушибленную в который раз голень и чертыхаясь, идти готовить завтрак. Откровенно говоря, я слегка побаивался за сохранность своей ноги, потому как её теперь украшал живописный синяк, который с каждым днём становился всё больше, ибо ты умудрялся всё время попадать в одно и то же место. По-моему я так никогда и не научусь укорачиваться.
В привычку вошло созерцание мокрой головы и капелек воды, стекающих от шеи по обнажённой груди куда-то вниз, облизывать сухие губы, краснеть и поспешно возвращаться к стряпне, судорожно соображая: заметил ты румянец или нет. И вообще, какого чёрта я на тебя так пялюсь?! И чего это я интересно краснею? Сколько мне лет-то вообще?!
Все мои эмоции выражались в удвоенном усердии кулинарного дела. Ты лишь посмеивался, глядя на меня. Ну не наглость ли? Я стараюсь, «пыхтю» тут, а он сидит и усмехается! Но делать нечего: банальное гостеприимство, если Рейту конечно можно назвать гостем.
А ещё в привычку вошли поездки в студию на твоей машине. Ты любишь риск и скорость. А я люблю адреналин. Мне весело, весело, чёрт возьми, ехать по улицам на большой скорости рядом с тобой. Так весело, что хочется по детски смеяться и высовывать руки из окна на встречу сопротивляющимся потокам воздуха, ловить его руками и не отпускать.
Странно, я и не заметил, как ты занял далеко не последнее место в моей жизни. Я и не заметил, как стал скучать по тебе, если ты всё-таки находил в себе силы и возвращался к себе домой. В такие дни я подходил к окну, опирался о подойник и курил, вдыхая горьковатый дым, глядя куда-то вниз. На город, на манящие огни. Только теперь вот меня они совсем не привлекали.
Бросить курить в группе, где все её участники заядлые курильщики – невозможно. Я уже и не пытаюсь. Ребята надо мной подшучивают. Ну и хрен с ними. Сами бы попробовали.
Курение – это тоже одна из моих привычек.
Сегодня как раз из тех дней, когда ты всё же решил уехать домой. Сам не понимаю, почему я против. В квартире без тебя как-то пусто и одиноко. Тоска уверенно кладёт свою твёрдую лапу на плечё, не желая отпускать не на мгновение. Пусто без твоего голоса, без твоего движения, без смеха. Всё как будто мёртвое, старое и не интересное. Взгляд рассеяно бродит по комнате, бесполезно натыкаясь на предметы – ничто не может заинтересовать меня, заполнить образовавшееся «лишнее» пространство. Это странно и не приятно.
Совсем не получается заснуть. Потому что я знаю, что в этой квартире тебя нет: ты не ходишь по кухне, не гремишь посудой, не лежишь на диване в соседней комнате, не переключаешь каналы телевизора.
В конце концов я сдаюсь в схватке с бессонницей и решаю принять что-нибудь «успокоительное». Нет, снотворного у меня в доме отродясь не водилось – опасные это игрушки. А вот бутылка спиртного у меня всегда где-нибудь да была. На всякий случай.
Свет на кухне неприятно резанул глаза, и я на ощупь подошёл к столу и водрузил на него бутыль с драгоценным содержимым. Плеснув себе немного, я выудил из шкафа пепельницу и опять задымил.
Как он там? Нормально ли доехал? Всё ли впорядке? Уезжал он изрядно уставший. Даже скорее разбитый. В таком состоянии вести машину – риск. Хотя чего это я пекусь о нём, как курица-наседка? Почему я не беспокоюсь о Кае, например? Он не меньше Рейты устал на репетиции. О Аое и Урухе беспокоиться не стоит: они почему-то всегда как огурчики выглядят. Как будто и не мучили свои гитары весь день.
Просидев так некоторое время, я понял, что добился желаемого эффекта: глаза - слипались, мир кружился в разноцветном хороводе, а мысли и вовсе покинули мою бренную голову.
Я уже готов был лечь в постель, дабы отбыть в объятья Морфея, как услышал звук поворачивающегося ключа в замке. Сердце замерло, пропуская такт. Что это?
А потом забилось быстро, быстро, словно стараясь наверстать упущенное. Кто это? Посреди ночи? И чего это не в дверь? В смысле чего в неё не позвонили?
Дверь открылась, порог прихожей лизнула полоска оранжевого, тусклого света.
Так, спокойно. Ключ от двери этой квартиры есть только у меня. И у Рейты. Но он им обычно не пользуется. Он в двери звонит. Напрашивается вопрос: кто это, и какого хрена этот кто-то лезет в мою квартиру?
Мысли путались, не желая выстраиваться в спокойный логический ряд. Ладно, пока сам не проверю – ничего не узнаю.
Вошедший в квартиру тем временем тихо разувался, стараясь произвести, как можно меньше шума. Свет в прихожей был всё ещё выключен.
Собравшись с духом, я всё же выглянул из-за двери и принялся судорожно вглядываться в темноту. Некто уже поставил обувь на полку и одел тапочки. Он явно не плохо ориентировался в квартире. Переобувшись, он двинулся в мою сторону. И только через несколько мгновений я понял, что это и есть объект моих страданий.
- Рейта?
«Объект» остановился в изумлении.
- Ты чего не спишь? – как-то слишком серьёзно спросил он, явно пытаясь в темноте разглядеть моё лицо. Ну да, в кромешной тьме ему это удастся.
Собственное умозаключение заставило меня усмехнуться. Вдруг на меня снизошло озарение:
- Ты мне лучше скажи, что ты забыл в моей комнате? Ты ведь туда направлялся?
Ответом мне было молчание. А я пытался угнаться за своим языком и сообразить: что же я всё-таки только что сказал?
Теперь настала моя очередь беспокойного вглядывания в темноту. Рейта видимо всё никак не мог сообразить: зачем же он шёл в мою комнату.
- Ну? – протянул я, упираясь рукой о косяк двери.
- А кто тебе сказал, что я направляюсь именно туда? – неубедительно.
- Я наблюдал за тобой с того момента, как ты открыл дверь, - соврал я. Но ведь это была почти правда? Я действительно наблюдал за ним. Только не с этого момента. И Рейта действительно направился не в свою комнату, а в противоположную строну. И даже не в ванную. А именно ко мне! Что, чёрт возьми, ему там надо было?
- Я.. плеер там искал.
У меня отвисла челюсть.
-Ага! Значит, ты всё-таки ходишь по моей комнате! – у нас с Рейтой был негласный договор – в чужую комнату заходить нельзя ни при каких обстоятельствах: будь то даже государственный переворот или ядерная война.
Я покачнулся, с трудом удерживая равновесие, и почувствовал, как сильные руки вернули меня обратно в более или менее вертикальное положение. Видимо со стороны это казалось ещё и смешно, потому что я отчётливо услышал у себя над головой смешок.
- Така, ты сколько выпил-то?
Действительно, сколько? За размышлениями я так и не запомнил, сколько же принял на грудь. Просто, чувствуя, что бокал пуст, автоматически наливал себе ещё.
- Не смешно Юи*
- Да? – Рейта пытался сдержать смех в голосе, но у него ничего не выходило.
- Юи! Не выводи меня из себя.
Мне было обидно. Обидно, что надо мной смеются. Меня всегда это обижало. А сейчас вместе с обидой я чувствовал, как во мне закипает ещё и гнев. Пальцы судорожно сжали косяк двери.
- Ну… судя по твоему виду ты выпил бутылку, не меньше.
- Чем это тебе мой вид не нравится?
Рейта тем временем прошёл на кухню, оставив меня одного висеть на двери. Видимо он достаточно хорошо ориентировался в темноте, потому как кухню нашёл сразу. Да и бутылку тоже. Тут я выпал в осадок. Я что, опьянел от половины содержимого бутылки? Быть такого не может.
- Так, Така, - услышал я у себя над ухом. – А пойдём-ка мы спать?
И в тот же миг я почувствовал, как комната, в которую меня мягко втолкнули, пошатнулась. Меня мягко и осторожно подталкивали к кровати, а я опасливо отступал назад, старательно балансируя между стенами и полом.
- М-мы? – совсем уж испуганно пискнул я.
Но на мой вопрос отвечать, по всей видимости, никто не собирался.
Крякнув, я споткнулся о кровать и рухнул на простыни. Рейта закусил губу, стараясь подавить смешок. Кровать прогнулась, и я понял, что басист навис надо мной. В темноте его глаза как-то странно блестели.
- Юи, - в голосе моём отчётливо слышались панические нотки. Мне не нравился ни блеск его глаз, ни вся странность ситуации. И уж совсем не нравился тот факт, что я не малейшего представления не имею о том, что же он собирается делать дальше.
Почувствовав, как чужие ловкие пальцы расстегивают пуговицы рубашки я и вовсе испугался.
- Юи!
- Что? Чего ты так нервничаешь? Или ты в одежде собираешься спать?
Спать в одежде я не собирался, но и трястись от каждого прикосновения в мои планы не входило. Так и не дождавшись ответа, Рейта расправился с рубашкой и отбросил её в сторону. «Неряха,» - отстраненно подумал я. Хотя в принципе я был не лучше в этом отношении.
На мгновение Юи остановился, раздумывая снимать ли с меня майку и решив, что на улице достаточно жарко стянул с меня и её. Пальцы прошлись по моей коже, и я задрожал, судорожно сглатывая. А меж тем, руки Рейты добрались до пояса штанов и принялись его расстёгивать. В темноте это ему плохо удавалось, пальцы соскальзывали на живот, задевая кожу, заставляя меня закусывать губу и еле сдерживаться, что бы не застонать. Какого хрена моё тело так реагирует на прикосновения?! Какого хрена от низа живота по телу распространяется жар? И почему мне так трудно дышать? Будто бы воздух в комнате стал плотнее...
- Акира! – Я резко сел на кровати, чуть не столкнувшись носом с носом Рейты. Руки судорожно отдирали чужие пальцы с пояса. Я тяжело дышал, пытаясь восстановить дыхание.
- Что? – совершенно бесцветный вопрос.
И тут я услышал запах алкоголя.
- Ты что, тоже напился?!! – сей факт поверг меня в шок. И как это он интересно тогда до дома моего добрался? На машине? Сумасшедший!!
Рейта опустил глаза. А я непонимающе смотрел на него, пытаясь понять причину, почему же напился он. Хотя почему напился… Может он с друзьями отмечал что-нибудь. Или с девушкой… или…
- Така, я… мне… - как-то вяло начал оправдываться Рейта, а затем, плюнув на все, впился в мои губы.
Такого поворота событий я не ожидал. Просто какое-то мгновение я позволил себе чувствовать тёплые, родные губы на свои губах. А затем разум зазвенел пронзительным колокольчиком и руки сами оттолкнули непутёвого басиста.
- Юи, ты чего?
Рейта облизнул губы, словно бы пытаясь ещё раз почувствовать, запомнить вкус моих губ.
- Ничего, - совсем упавшим голосом сказал он. – Ты спи.
Мимолётное движение воздуха и Рейта уже копошится в прихожей.
- Рейта!
Но видимо отзываться упрямый басист не собирался.
- Юи! Юи! – как заведённый пищал я, пытаясь подняться с кровати, и пустится в погоню. Но как только мне удалось принять более или менее вертикальное положение, я услышал звук захлопывающейся двери.
- Юи…
Я понял, что сделал что-то не то. Какую-то странную, непонятную ошибку, из-за которой мой привычный уклад жизни мог измениться раз и навсегда. Я понимал, что надо что-то сделать, но не мог. Физически не мог в таком состоянии.
На тумбочке противно тикал будильник, отмеряя стрелками момент твоего удаления от меня. Момент разрушения чего-то хрупкого и нежного, что недавно было, а теперь безвозвратно утеряно.
- Что же мне делать, Юи? – в пустой квартире мой голос звучал жалобно.

http://www.liveinternet.ru/users/1126931/post42106169/ - часть 2

АВТОР: Татиус (tatiys@tut.by)
НАЗВАНИЕ: Иллюзии
РЕЙТИНГ: NC-71
ЖАНР: Slash, POV Сага, : Angst
СТАТУС: закончено
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА: Рейта/Сага
ФЕНДОМ: The Gazette/Alice nine
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: насилие




Иллюзии


Всё началось внезапно, как-то неожиданно для меня. Да, мы виделись с тобой. И не раз. Да, говорили. Но я никогда не стоял к тебе так близко. И никогда не трепетал от вида твоего. До этого момента.
Какая-то одна несчастная фотосессия. Четыре басиста компании. Я, Нао, Юи и ты. Никогда бы не подумал, что после этого я буквально потеряю разум. Мы все тогда вели себя очень скованно. Конечно, мы не раз друг друга встречали, о фотосессия – это другое. Это было что-то непривычное, что-то, что пугало своей необычностью. Да оно и понятно. Ведь за годы, проведённые с группой, ты привыкаешь к участникам и на фотоссиях ведёшь себя раскованно. А тут совершенно чужие люди, ты не знаешь их реакции их характеров и совершенно не предполагаешь, что можно себе позволить, а что нет. Тут же всё по-другому. Нет, не хуже и не лучше, а просто по-другому.
Я волновался, но не хотел показывать своих переживаний. Старался выглядеть естественно. Или хотя бы, как обычно. Вроде получалось. Поглощенный своими переживаниями я уже ничего не замечал вокруг, как вдруг словил на себе твой тяжёлый взгляд. Ты не отвёл его даже тогда, когда я заметил тебя. Мне стало не по себе. По телу пробежали мурашки.
Когда же нас поставили рядом, меня и вовсе свела крупная дрожь. Я был просто комком нервов. Я не знал, что делать и как с этим справится. Я был сконфужен. А ещё не мог понять, что заставляет меня так реагировать на твоё присутствие.
Ты же казался просто сделанным изо льда. Холодный и отрешённый. С какой-то едкой усмешкой в глазах. Усмехался ли ты моей реакции или тебя забавляли собственные мысли? Я не знаю.
Знаю только, что после сессии чувствовал себя жутко подавленным и уставшим. Нет, не физически, а скорее от нервных переживаний. Знаю только, что ты нашёл меня в одном из тёмных коридорчиков и всё произошло без лишних слов. Да и нужны ли они эти слова?
Чувства во мне перемешались. Я не знаю, что больше переполняло меня: радость или протест, усталость или жажда получить желанное тело. Это было нечто дикое, необъяснимое. Молчаливая борьба. Я не сопротивлялся, нет. В тот момент меня можно было сравнить с куклой. Со щенком, что с лаем бросается к ногам своего хозяина. С человеком, что получил стакан воды, мучимый долгой жаждой.
Я жадно впивался в твои губы, ты отвечал не менее дико, легонько кусая моё тело. Одежда полетела к чертям. И твоя и моя. Мы не просто раздевали друг друга, мы истерично сбрасывали друг с дружки одежду, словно это был саамы последний в жизни миг, когда бы мы могли насладиться друг другом. Что было дальше я помню смутно. Лишь размытыми кадрами чёрно-белого кино в память впивается вид твоего обнажённого тела и жадных рук, нервно ласкающих моё изнывающее тело. Так странно. Ты так быстро находил самые мои чувствительные места. Даже такие, о которых я и сам не подозревал.
А потом место картинок сменяют ощущения. До изнеможения сильные, почти стихийно накатывающие одно за другим. Вспышкой оргазма помню, как укусил тебя в плечё, не в силах вынести столь яркой смеси боли и удовольствия, а ты зашипел, не прекращая, однако, движений во мне. Помню и твоё лицо в полумраке, захваченное агонией наслаждения, чуть запрокинутую назад голову, выгибающуюся спину, приоткрытый рот и слипшиеся волосы. Я целовал и целовал это безупречное, чуть солоноватое от пота тело, пока ты не спустился с небес на землю, чувствуя, что меня переполняет не просто радость или благодарность, а счастье. Да, в тот момент я был счастлив. Впервые счастлив.
После этого случая я не мог найти себе места. Прошёл день, два, неделя прошла. А внутри меня разгорелась не шуточная война. Душевные метания мои заметила даже группа. Я стал раздражительным, разругался со всеми близкими. Мне было невыносимо понимать, что ты сейчас не со мной, что, быть может, в этот момент, твои руки обнимают кого-то другого, а губы целуют не меня.
Я сорвался. Я приехал к тебе, полный надежд на понимание, на счастье, на любовь…
Да, да, я думал, что это любовь! Столь сильных чувств я ещё не испытывал. Мне не было страшно, я верил, что ты примешь меня, что поймёшь…
Но всё оказалось совсем не так.
Ты встретил меня довольно холодно. Я даже не знал с чего начать. Когда же я признался тебе, когда рассказал о своих чувствах, ты только усмехнулся. В глазах твоих проскользнуло что-то не хорошее. Я тогда не понял что, но мне стало страшно. Не успел я опомниться, как ты коршуном налетел на меня, и прижал к стене, вплотную.
Молча, испепеляя меня стальным блеском своих глаз, ты принялся шарить руками по моему телу, а потом звякнул пряжка на ремня. Внутри всё оборвалось.
- Я совсем не тот, кого ты искал Сага, уходи, - тихо, но отчётливо прозвучал твой голос.
Безуспешно пряча свой страх, я покачал головой в знак отрицания. Я всё ещё не верил, что это происходит со мной.
Тебя это разозлило. Хотя нет, не разозлило. Вывело из себя. Такой ярости я ещё не видел. Ты рывком развернул меня к стене, дёрнув штаны вместе с бельём вниз. Ещё немного и от унижения я бы зарыдал. Да, это было унизительно, это было страшно! И я не знал, что делать.
Я никогда не забуду ту боль, что испытал в тот раз. Всё то унижение, которое ты заставил меня пережить, все те страдания, что я тогда вынес. Слёзы градом катились из моих глаз, кровь стучала в висках, а в голове стучала только одна мысль: «За что? За что?»
Не заметив, что ты уже не во мне, я так и остался стоять, уперевшись руками в стену и склонив голову, пытаясь собрать осколки своего сознания в одно.
Из транса меня вывел звук твоего голоса и звон пряжки ремня.
- Ты создал себе идеальный образ в голове, - ты прикурил сигарету и отбросил зажигалку на кофейный столик. – И влюбился в него. Всего лишь иллюзия, ничего больше. Реальность же более жестока, чем твои навивные мечты. Ты зря пришёл ко мне, Сага. И зря меня не послушал в первый раз. Уходи, больше я упрашивать не буду.
Что мне оставалось делать? Я ушёл. Ушёл разбитый, убитый морально. Уж лучше умереть, чем переживать те чувства, что я тогда пережил.
Не знаю, сколько я слонялся по улицам. Наверное, долго, потому что уже стемнело.
И тут я вновь увидел тебя. Издалека. Ты душевно обнимался с какой-то девушкой. Очевидно, она была к тебе холодна. Я притаился, наблюдая, меня разбирало любопытство и, в то же время, мне было противно видеть тебя. Когда я уже собирался уходить я вдруг увидел твои глаза. Этот взгляд мне не забыть никогда! Это был взгляд полный вожделения и любви. Ты так к ней прикасался, словно бы эта девушка была самой дрогой в твоей жизни игрушкой. Она не питала к тебе никаких чувств.
Меня кольнула боль. Ведь я знаю, что ты никогда не посмотришь на меня так. Еще, наверное, ревность. Ревность, потому что ты смотрел на неё, а не на меня. И какая-то непонятная тёмная злоба, затаённая в уголке моего сознания.
Я в тот момент подчинился внутреннему порыву и сделал так, как в тот момент должен был сделать.
Я намеренно прошёл мимо вас и, словив на тебе свой удивлённый взгляд, тихо бросил:
- Ну и кто из нас питает иллюзии?
И скрылся во тьме бесконечных улиц, умирая от горя и торжествуя злобой. Злобой, подаренной мне тобой.

АВТОР: AnC & Татиус (tatiys@tut.by)
НАЗВАНИЕ: Сад Сакуры
РЕЙТИНГ: R
ЖАНР: Romance
СТАТУС: заморожено
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА: Мику/Канон
ФЕНДОМ: An Cafe
От Автора: если есть желании продолжить – прошу, мы не против.

Глава 1


Мику

Солнце неприятно светило в глаза и путалось в светлых волосах. Жара. Она давила, заставляя капельки пота скользить по шее, доставляя неприятные ощущения. Заставляя неотрывно смотреть, пока это капелька не скатится по бледной коже за ворот футболки и в исступлении закусывать губу, в непонятном порыве желания слизать эту самую солёную капельку, почувствовать вкус твоего тела.
Я устало закрываю глаза и откидываюсь на спинку стула.
Увы, летнее кафе ни капельки не спасает меня от жары и тем более не спасает от тайных наваждений, что начали всё чаще и чаще посещать меня. Теперь я с лёгкостью могу представить тебя голого в своих руках, стонущего и жадно хватающего ртом воздух в диком порыве. Могу представить твои расширившиеся от возбуждения глаза и зрачки, занимающие почти всю радужку
Твой голос отвлекает меня от раздумий.
- Мику? - обеспокоено зовёшь ты и накрываешь мою ладонь своей, на удивление холодной. Словно электрический ток пронзает моё тело, пройдясь по руке к позвоночнику, а оттуда до затылка. Я вздрагиваю от этого прикосновения и испуганно вырываю руку. Кажется, ты заметил мою странную реакцию.
Твои глаза расширились от удивления, а рот, этот красивый, манящий рот, приоткрылся в изумлении.
- Что с тобой?
-Н-ничего, - запинаясь, бормочу я, вскакивая со стула и ухожу.
Теруки и Канон удивлённо переглядываются. Они не понимают, что со мной происходит. Да и ты, наверно тоже…


Канон

Твой взгляд опять куда-то устремлён. Мне никак не удаётся поймать его. Я лишь только наблюдаю за твоим профилем и каждый раз ловлю себя на мысли, что смотрю на тебя не как на друга. Что-то большее?
- Н-ничего. – и ты торопливо удаляешься.
Объект моего наблюдения, ещё секунду назад занимавший стул рядом со мной, опять вне поля моего зрения.
Рваный выдох вырывается из лёгких. Я откидываюсь на спинку стула и закрываю глаза. Неужели тебе нравится Бо? Тру вески подушечками пальцев и открываю глаза. Теруки притягивает к себе Бо и запечатлеет лёгкий поцелуй на его губах.
- Я, пожалуй, пойду прогуляюсь. Встретимся в студии. – я не спеша покидаю кафе и бреду по улочкам.
Мне всё чаще хочется одиночества. Всё чаще хочется сидеть в темноте в обнимку с гитарой и сочинять. Я перестаю понимать себя и свои желания. Мику… Сколько мы знакомы? Наверное, всю жизнь. Мы никогда не были лучшими друзьями, между нами всегда было расстояние. Ты всегда активный и просто сгусток энергии и я немного меланхольный и тихий. В группе мы дополняем друг друга, но в жизни находим общий язык лишь в компании с Бо и Теруки. Я не заметил как дошёл до “Сада Сакуры”. Помедлив несколько секунд у входа, я робко толкнул деревянную створку ворот и оказался во дворе невысокого домика Сюдзи Тома. Более известного, как Хранитель зимы. Много туристов приходят сюда и за плату наблюдают зиму в Японии. Я часто здесь бываю, поэтому Тома разрешает мне быть здесь бесплатно и подольше. Частенько, после того как я вдоволь наслажусь этим чудом, мы пьём вдвоём чай на его веранде. Маленькие лепестки сакуры, словно снежинки кружатся в замысловатом танце, опускаясь на землю. Время здесь замерло где-то между прошлым и будущем. Здесь очень тихо и почти безветренно, только биение сердца как мелодия для танца этих снежинок нарушает тишину. Я присел на скамейку и растворился в тишине, в этом чуде… Не знаю сколько я провёл здесь...Течение времени не ощущалось…
- Я так и знал! – раздался рядом звонкий голос Бо. – Ты предсказуем, Кан. Опять здесь…
Я поднял глаза на парня. Рядом стоял Теруки. Лепестки сакуры падали ему на ресницы, а он ежесекундно их стряхивал. Выглядело забавно. Я улыбнулся.
- Канон, я понимаю красиво, но не стоит проводить здесь так много времени. Смотри не рехнись в этой красоте. – подал голос Теруки.
- Да, пойдём развлечёмся. В клуб. Репетировать уже бесполезно. Мику всё равно нет. – Бо стряхнул лепестки со своих волос.
- А где Мику? Он до сих пор не вернулся? – удивлённо вскинул брови я.
Наверное, опять где-нибудь веселишься без нас. Без меня… Я тряхнул головой, выгоняя из подсознания последнюю мысль.
- Да тусуется где-то! – рассмеялся Теруки. – Вставай, говорю! Пошли и мы оторвёмся…Скоро гастроли – сильно не разгуляемся. Лови момент.
Я вздохнул и поднялся со скамейки. Они правы. Действительно здесь и рехнуться недолго.

- О, да… Как же здесь круто! – растянулся в улыбке Бо и сверкнул глазами.
Полумрак, неоновые огни, музыка, которая сразу же оглушила. Типичный клуб, только очень элитный и напитки не дешёвое пойло, а жутко дорогие в красивых бутылках.
- Сильно не шали, малыш! – обнял Теруки Бо за талию.
- Потанцуем или сначала выпьем? – Бо поцеловал Теруки в нос и обратился к нам обоим.
- Потанцуем! – улыбнулся уголками губ Тер.
- Выпьем! – одновременно с ним произнёс я.
Тер и Бо переглянулись.
- Вы идите, я к вам попозже присоединюсь. – стараясь перекричать музыку, сказал я.
- Хорошо, только не пропадай! – Тер кивнул и они с Бо направились в глубь зала.
- Конечно… - протянул я и направился к барной стойке.
Напиться или не напиться…Вот в чём вопрос.




Мику

Не знаю, как долго я бродил по городу. Уже начало темнеть. И только тогда я почувствовал усталость. А вместе с ней, тяжёлым грузом на плечи свалилась безысходность. Она рвала меня на части, заставляя, давится собственной умирающей надеждой и глотать пропахший бензином воздух, только чтобы не дать чувствам хлынуть слезой по щекам, только чтобы не дать им вырваться из глубины души животным криком.
Ты ведь не любишь меня. Не замечаешь даже. А мне так хочется этого. Ты даже не представляешь, как мне необходимо почувствовать тепло твоих рук, твоего тела. Но тебя нет рядом…
Через некоторое время я решаю, что стоит развеется. Знаю, что ещё несколько шагов, и я окажусь в клубе. Так оно и есть. Свет неоновых огней, что когда-то манил меня, теперь раздражает. Я помню, как ты танцевал, отдаваясь своему танцу со всей страстью, на которую был способен. А ещё я помню собственнический взгляд Теруки блуждающий по твоему телу. Ты ведь не для меня танцевал тогда. Для него. А мне так хотелось верить, что это не так…
- Эй, парень! Не хочешь поразвлечься?
Этот голос вывел меня из транса. Ночная бабочка? Странно как она попала сюда? Это место не из дешёвеньких. Хотя, присмотревшись повнимательнее, я понял, что девушка, что обращалась ко мне была не бедна. Одежда, в которую она была одета. Такую в обычном магазине не купишь.
Поразвлечься? А почему бы и нет?
Хотелось бы верить, что эта девушка даст мне забыться. Забыться хоть на время, пусть я знаю, что придёт утро, и боль снова накатит на меня с новой силой. А к ней добавится ещё и отвращение. Отвращение к самому себе.


Канон

- Повтори. – бармен наполнил стакан текилой.
Водку каких народов я ещё не пробовал? Я хихикнул и огляделся по сторонам. Мне казалось, что я ощущаю всем телом твоё присутствие. Алкоголь так быстро довел меня до кондиции, что я уже начинаю бредить? Я в который раз за этот долгий день тряхнул головой. Убрав с глаз чёлку, замер. Я брежу или у меня белая горячка. Я трижды открыл и закрыл глаза. Это не алкоголь – это шестое чувство. Не вдалеке стоял ты. С девушкой? Ночная бабочка? Я кашлянул и впился взглядом в его лицо. Ты стоишь ко мне немного полу боком. Молчишь. А она чего-то говорит. Неужели ты уйдёт с ней? Против девушки у меня, конечно, нет никаких шансов. Только по мне тебе не шибко хочется идти с ней…На лице выражение усталости и некой безысходности. В таком состоянии можно всяких глупостей натворить. Я же ещё друг, значит, имею права спасти тебя. Как по-детски звучит… Ну и пусть. Я поднялся со стула, схватил пиджак со стойки и плавно лавируя между разгорячёнными телами, подошёл к тебе и твоей собеседнице.
- Вот ты где! Я же сказал, у барной стойки. – актёр из меня, конечно, некудышный, но попытка – не пытка.
- Какой красавец… - девушка растянулась в улыбке, рабочая, наверное.
Нет, я не упрекаю проституток. Каждый зарабатывает, как может. Но пусть только к тебе не лезут…
- Ты, может, поразговорчивей будешь, чем твой друг. – девушка достала из сумочки ленту презервативов разных цветом.
- Мы и вдвоём неплохо развлечёмся. – тут же ответил я, и мягко толкнул тебя в плечи.
Может, всё не так как я подумал? Может ты на самом деле хочешь этого? Может, я поступаю неправильно? Запоздалые мысли посетили мозг. В гневе или злым я видел тебя всего несколько раз, но этого мне хватило. Я нервно сжал пиджак. Ты спокойно идёшь впереди, между нами было небольшое расстояние, в пару сантиметров. Я чувствовал запах твоего парфюма, запах усталости и чего-то ещё…


Мику

Я опешил от твоего внезапного появления. Я был просто в шоке. Если здесь ты, значит Бо и Теруки должны быть неподалёку, ведь вы неразлучны. Мы неразлучны. Были. Всего пару месяцев назад. У меня не было сил даже возражать. В мозг впилась фраза вскользь брошенная тобой: «Мы и вдвоём неплохо развлечёмся». Будь я в другом настроении, я бы опошлил её. Но сейчас мне не до этого. Хочется просто взять и напиться с горя.
Я послушно шёл впереди тебя, но, резко развернувшись, остановился.
- Канон, ты один здесь?
Столько надежды в моём голосе было, столько боли. «Скажи что нет, пожалуйста, скажи, что их здесь нет!»
Если ты скажешь да, я умру. Я умру, ибо больше не в состоянии испытывать эту боль. Боль, что гложет меня изнутри, пожирая своёй тянущей чернотой. Кажется, ещё немного и я свалюсь на пол от усталости.

Канон

Я резко остановился. Не злой. Немного усталый. Значит, я поступил правильно.
- Нет. – прошептал я тебе на ухо и немного отстранился.
Заметив на твоём лице перемены, я опять наклонился к твоей коже и быстро проговорил.
- Пойдём выпьем. Ты какой-то бледный.
Я старался гнать от себя все мысли. Старался полностью очистить мозг. Только ты и я. Этот вечер…Или хотя бы несколько минут проведу рядом с тобой. Вместе. Мы подошли к стойке и разместились на стульях. Кинув внимательно-вопросительный взгляд на тебя, я заказал сам две текилы и упёрся взглядом в глубь своего стакана, словно чего-то ожидая. Потока эмоций? Длиной сбивчивой речи? Или какой-нибудь ироничной шуточки?



Мику

Нет, я тихо и молча пил свою текилу. Забитый и несчастный, несвойственно спокойный. Только потом, когда я почувствовал, что в голове всё путается, по щеке спустилась одна единственная предательская слеза. Мальчики не плачут, да?
Да, я превращаюсь в тряпку. Медленно, но верно. Дело дрянь, кажется я теряю самого себя… Видишь, что ты со мной сделал, Бо?

Канон

Ещё несколько секунд я тупо пялился в глубь стакана, прежде чем решился поднять глаза и посмотреть на тебя. Увидено меня шокировало. Никогда не видел, как ты плачешь или хотя бы даже сильно расстраиваешься до слёз. Сказать, что я растерялся – не сказать ничего. Мне почему-то показалось, что я даже знаю из-за чего, вернее из-за кого…
- Мик, ну ты чего? – робко поднял я руку, потрепал тебя по волосам и придвинулся ближе.
Я опять чувствую твой аромат. Это сводит меня с ума. Тряхнув головой, я, еле дотрагиваясь, провёл рукой по твоим волосам, затылку и остановился на плече, нежно поглаживая. Успокаивая.


Мику

О, мой дорогой Канон, если бы ты знал, как мне нужна сейчас поддержка. Пусть и такая робкая, пусть столь невинная, но она нужна. Я без сил кладу голову тебе на плечё, ощущая твои руки на своих волосах. Слёзы высыхают на щеках, мысли теряются в полумраке и отчего-то становится тепло на душе. Я даже, кажется, уже даже могу улыбнуться. Я вроде как обнаглел и вовсе положил голову тебе на колени и закурил сигарету, выпуская тоненькие струйки дыма. Что бы не дымить на тебя я отворачивался в сторону, выдыхая дым куда-то по стол.
Обстановка навевает меня на умиротворённо-романтический лад. Сигарета, полумрак, музыка…
- Кан, а ты когда-нибудь влюблялся в кого-нибудь до беспамятства?
Наивный вопрос… Не знаю, зачем я его задал. Но отчего-то отчаянно захотелось услышать ответ. Наверное, это подсознательный поиск. Хочется услышать, что кому-то тоже было так же больно, что бы потом было легче переносить свою боль.
- Так, что тебе хотелось кричать и плакать от своей любви, боготворить объект своего обожания?
Я поднимаю на тебя свои большие глаза, глядя снизу вверх. Наверное, со стороны это смотрится круто.



Канон

Немного нервничая от твоих столь резвых перемещений, я продолжал теребить твои волосы одной рукой, а второй намереваясь уже три минуты опустошить стакан с текилой. Твой вопрос заставил меня врасплох. Я чуть на месте не подскочил, но вовремя остановил себя, и по телу прошла лишь мелкая нервная дрожь.
- Да. – коротко ответил я, наконец опрокидывая в себя обжигающую горло жидкость. – Но только лишь плакать, ибо объект и так божественен, а кричать я уже не могу, ибо сорвал горло от немых криков.
Несколько секунд глядя на неоновые огни сквозь стекло стакана, я ощущал, как болезненно сжимается сердце. Всё из-за… Мне захотелось убежать. Далеко. Туда, где нет ничего…ни любви, ни боли, НИ-ЧЕ –ГО… Убежать в мир своих мечтаний и снов. Убежать, чтобы не видеть как на мелкие осколки разбивается иллюзия… Не видеть, не слышать. Спать и не просыпаться.



Мику

Я не мог не почувствовать дрожи, пробежавшей по твоему телу. А когда ты заговорил и вовсе разволновался. Я отчего-то почувствовал твоё настроение и мне стало не по себе. Неужели тебе плохо? Тебе больно, а я даже и не заметил этого, поглощённый своими переживаниями?! Какой же я эгоист.
Мне становится горько, от сознания своей бесчувственности. И я не знаю, как исправить положение. Мне бы обнять тебя, прижать к себе, пожалеть, но я не знаю, как ты отреагируешь. Странно, а ведь мы участники одной группы, мы не один год вместе. Неужели мы стали так далеки друг от друга за столько лет?
В каком-то неудержимом порыве я тянусь вверх и ловлю твои губы своими. Я не знаю, зачем я это делаю. Знаю только, что по-другому не могу.


Канон

Сначала я опешил, почувствовав твои губы на своих. Сколько раз мечтал об этом, а сейчас это так неожиданно. Немного робко я отвечал на поцелуй, чуть касаясь нежной кожи твоих сладких губ. Но я знаю, что это не взаправду, что я просто утешение. Но ещё чуть-чуть, ещё долю секунду я наслажусь твоими губами, чтобы потом трепетно хранить в памяти их вкус. Я знаю, что никогда ты не будешь целовать меня как возлюбленного. Что я лишь друг, лишь товарищ по группе и в крайней случае просто утешение отчаянья. Всё или ничего. Я могу отдать тебе всего себе, только не мучай меня, не давай глупых надежд. Я легонько отталкиваю тебя, упираясь руками в грудь.
- Мик, ты чего? – во второй раз за вечер спросил я, глядя тебе в глаза.
Если тебе плохо, если тебе нужна помощь, просто попроси меня и я примчусь, я помогу, но только, умоляю, не мучай меня и мои чувства.


Мику

Нехотя я отрываюсь от твоих губ. У тебя приятный вкус и мне хочется целовать тебя снова и снова.
Я не могу ответить на твой вопрос. Не могу, потому что не понимаю его сути. Чего я? Ч то «чего»? Это твоё удивление? Я тоже не ожидал… Но мне сейчас хорошо и я не хочу что бы это чувство проходило, а посему вновь впиваюсь в твои губы, но уже более настойчиво. Рука сжимает твоё плечё. Нет, не для того, что бы причинить боль, а что бы удержать. На случай если будешь вырваться. Вторая скользит по твоей одежде, задирая её наверх. Пальцы касаются тёплой кожи. Едва ощутимо. Нежно, словно крылья бабочки. Углубляя поцелуй, я сменяю нежную ласку на более грубую – мои внушающего размера ногти проводят там, где мгновение назад нежно ласкали.

Канон

На этот раз я решил не сопротивляться. Умереть, разодрать себя в клочья изнутри ради тебя. Крепче прижимаясь к тебе, яростнее целуя, я растворялся в тебе, в твоём поцелуе, в собственном бессилии. Посасывало под ложечкой, захватывало дух, бросало то в жар, то в холод. А в теле уже порхали бабочки…Я не хотел, чтобы поцелуй наконец закончился…Не хотел смотреть тебе в глаза и видеть в них не своё отражение… Уж лучше бы ничего этого не было…Ни сада, ни клуба, ни нас сейчас… Я сильно зажмурил веки на долю секунду…
- Канон… Милый…ставай. Хватит спать. Так весь день проспишь…- до боли знакомый голос над ухом.
Мама?
Я открываю глаза. Моя комната. Как обычно вещи в творческом беспорядке, гитара у кровати и улыбающееся лицо мамы.
- Мам? - ошарашено произношу я, судорожно сглатывая комок в горле.
Я сплю…Или у меня глюки… Трижды ущепнув себя за мочку уха, я тихо ойкнув от боли, сел на кровати.
- Не может быть…Я отказываюсь в это верить.
- Да. Я бы тоже отказывалась, проспав до полудня. - рассмеялась мама и потрепала меня по голове. - Иди умывайся. Да, и тебе Бо звонил.
Мама вышла, закрыв за собой дверь. А я лёг обратно и закрыл глаза в надежде, что всё это исчезнет, что это всего лишь игра моего воображения. Но ничего не изменилось. Та же комната и тот же я. Взъерошенный 17-летний пацан в боксёрах у зеркала. Мамочка, роди меня обратно…

АВТОР: Татиус (tatiys@tut.by)
НАЗВАНИЕ: Slowly slowly in the dark
РЕЙТИНГ: задумывалось, как NC-21
ЖАНР: Slash
СТАТУС: закончено
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА: Аой/Рейта
ФЕНДОМ: The Gazette
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: насилие, сексуальные извращения.
От Автора: слегка «оцензуреная» версия.

Slowly slowly in the dark


Никогда не думал, что жизнь может так круто измениться за один час.
Никогда не думал, что самым жестоким врагом может оказаться друг.
Никогда не думал, что окажусь игрушкой в твоих руках.

- Ну ты и нажра-а-ался, - захохотал Уруха, глядя на то, как его не совсем трезвый друг пытался привести себя в вертикальное положение.
Тому сие героическое действо удавалось с трудом.
- Помог бы лучше, - буркнул Рейта.
Голова кружилась и встать на ноги не получалось уже довольно продолжительное время – это начинало раздражать.
- Да-да, конечно, - гитарист всё никак не мог успокоиться.
Каю наконец надоело смотреть на всё это безобразие.
- Уру, перестань! – он подошёл к несчастному басисту и помог ему подняться. Выглядело это довольно забавно: пьяный басист и не менее пьяный барабанщик.
- Великий Кай спешит на помощь!
- Уру, будь добор, смейся по-тише, - взмолился Кай. – На нас уже люди смотрят!
- Ржёшь на всю улицу, - вставил Рейта, весьма удобно устроившийся на плече Кая.
- Да, ребята, так праздновать мой день рожденья можете только вы, - знакомый голос заставил всех обернуться.
Позади компании, окутанный мраком ночи, стоял никто иной, как Аой.
- Аой? – изумлённо прохрипел Рейта. – Ты же вроде с семьёй собирался…
- Собирался и отпраздновал, - парень усмехнулся. – Все домашние уже давным давно спят, вот я и подумал, что не плохо бы развести вас по домам.
- С каких это пор ты стал заниматься благотворительностью? – съязвил Уруха, поплотнее кутаясь в куртку – как никак на улице холодно. Особенно после того, как разгорячённые от ночных танцев тела оказываются на свежем воздухе. – И как ты нас нашёл?
- Я вас умоляю. Вы всё время ходите в один и тот же клуб! Ну что, так и будем сопли морозить или может уже поедем?
Друзьям ничего не оставалось, как сесть в машину – прохладно, да и сами они изрядно подустали; тело требовало отдыха. Через пару минут Аоевская машина уже колесила по токийским улочкам.

***
Рейта проснулся оттого, что ему хотелось пить. В горле пересохло и першило неимоверно. Открыв глаза, он понял, что едет в чьей-то машине. Едет и ладно…
Парень уже хотел было закрыть глаза и отключиться часиков эдак на десять, но неприятный голосок в голове противно заскрипел: «Вот, чучундра! А если тебя в Африку на галеры везут?»
Какие галеры, ёлы-палы, я спать хочу!
«Спать он хочет! Может тебя в рабство продавать везут, а ты спишь и бездействуешь!»
Ну, какое рабство? Какое рабство в наше время?!
«Наивный» - хмыкнул голос, но заткнулся.
Однако Рейте уже не спалось. Приоткрыв один глаз, он глянул в кресло водителя.
- Аой? – просипел он.
- Проснулся? – усмехнулся тот. – С голосом-то что? Неужто так визжал от восторга? – он окинул развалившегося на сиденье басиста быстрым, но цепким взглядом, и взгляд этот Рейте не понравился.
Аой откинул бардачок и извлёк оттуда бутылку с минеральной водой.
- Держи, пьянчужка.
- На себя посмотри, - огрызнулся «пьянчужка», но бутылку всё же взял.
Дрожащими руками он открыл крышку и, зажмурившись от удовольствия, принялся жадно пить. Желанная влага приятно холодила рот. Краем глаза, Акира заметил, что гитарист украдкой наблюдал за ним. От сего грандиозного открытия Рейта чуть не подавился. Закашлявшись, он завинтил крышку и положил бутылку обратно в бардачок.
- А где Уру и Кай?
В глубине души Рейта надеялся, что сейчас эти два обалдуя ответят весёлыми возгласами с заднего сидения. В последнее время он немного побаивался гитариста. Уж слишком часто, целуясь с Руки, он натыкался на его взгляд. Взгляд в упор. Сверлящий, преисполненный какими-то тёмными чувствами. Какими именно Рейта так и не понял, но точно знал, что узнавать сие ему не хотелось.
Увы, ожидания музыканта не оправдались – ребят на заднем сидении не оказалось.
- Я уже развёз их по домам.
Парню стало как-то не по себе.
Ну, подумаешь, развёз он ребят по домам. Проснулась вдруг в Аое человечность. Ничего страшного.
Однако внутри всё противно ныло.
Что бы хоть как-то отвлечься, музыкант принялся напряжённо вглядываться в пейзаж за окном.
- А куда мы едем? – дорогу Акира в упор не узнавал.
- К тебе домой, - Аой внимательно следил за дорогой. – Там авария случилась, объезжать надо.
- А почему я не видел?
- Ты спал.
Ответ показался убедительным. Скоро уставший басист опять забылся тревожным сном.

***
Проснулся Акира оттого, что его трясло. Вернее трясло машину, в которой он, несомненно, ехал. За окном в глубокой ночи он увидел совсем не город, а поле, что было само по себе странно.
- Аой, куда мы… - договорить он не успел, т.к. к лицу его приложили платок. В нос ударил резкий запах, голова закружилась, а перед глазами стояли внимательные глаза его согрупника.
- Сладких снов, - зазвенело в ушах, и басист ушёл в небытие.

***
Вы когда-нибудь просыпались от ощущения того, что ваши руки затекли? Нет? А вот Акира пришёл в себя именно от этого ощущения. Голова болела неимоверно, руки покалывало, а тело, явно не желало слушаться хозяина.
Открыв глаза, он уставился в деревянный потолок. Попытка подняться или хотя бы сесть не привела ни к каким последствиям, кроме усилившейся боли в руках. Глянув на то, что удерживало его запястья скованными Рейта присвистнул.
- Вот это да-а-а…
На руках поблескивали наручники.
- Весело погуляли.
В комнате было светло, но кроме кровати, на которой лежал Рейта ничего не наблюдалось. Разве что радиатор под окном, но от его присутствия на душе спокойней не становилось.
«Интересно, как я сюда попал? – размышлял басист, пытаясь пошевелить руками, дабы разогнать кровь, застоявшуюся в венах. – Сам я на это согласиться не мог. Определённо не мог, - однако, глядя на блестящие наручники, засомневался в правильности своих суждений. – Всё, больше не буду бухать. Завязываю»
- Хотя поздно уже об этом думать – я уже тут и прикован к кровати, вокруг ни одной души и мне суждено умереть здесь от холода и голода.
- Не расстраивайся, Аки, всё не так уж и плохо, - на пороге показался Аой.
- Аой?! – Рейта не знал радоваться ему или смеяться и что он хочет больше: высвободиться или высвободиться и надрать Аою задницу. – Что за шуточки! Выпусти меня немедленно!
Но черноволосый мужчина только усмехнулся.
- Только не говори, что собираешься меня тут оставить!
- А почему ты решил, что я поступлю по-другому? – голос гитариста, нежно разливался по комнате, однако страх витал в воздухе, не давая расслабиться.
- Аой?
Мозг Акиры отказывался понимать происходящее. Всё ему казалось сном. Дурным сном, который должен непременно закончится со звоном будильника.
- Да, Аки, - странные ночтки сквозившие в чужом голосе, незнакомые доселе и не понятные заставили Акиру содрогнуться всем телом – нервы здавали:
- Да какого чёрта?!
- Ты боишься? Не бойся, я не причиню тебе вреда, - невыскокая, статная фигура двинулась по направлению к кровати.
- Ты?? Так это ты притащил меня сюда?!!
В голове чёрно-белой вспышкой вспыхнули кадры прошлого вечера: странные взгляды Аоя, поездка в машине, пьяные попытки подняться.
«Нет, это не Аой, он не мог!» - здравый смысл лихорадочно хватался за последние ниточки надежды, не желая признавать в друге похитителя.
Надежды развеялись сразу после того, как Рейта почувствовал на себе гитариста. Бедрами сжимая вожделенное тело, он восседал на животе Акиры, мягко прикасаясь к нему руками.
- Если это шутка, то она очень неудачная, - проворчал Рейта, однако сердце его замерло в ожидании неизвестного. – И что же ты делать со мной собираешься? Продашь?
- Зачем же продавать такое сокровище? – нежные пальцы пробежались по обветренным губам, и Акира не на шутку испугался, – настолько непривычно-отрешённым голосом говорил его друг. Взгляд чёрных глаз не выражал ничего кроме слепого обожания. Словно Аой наконец-таки добрался до чего-то запретного и теперь собирается насладится этим вдоволь.
- Ты сошёл с ума, - Рейта говорил уже тише, словно бы подчиняясь и от сознания этого, ему сделалось противно.
- И уже давно.
Не успел Акира среагировать, как тёплые губы накрыли его обветренные и сухие. Состояние его в этот момент передать не возможно. Шок, оцепенение. Он просто лежал, недвижимый, ощущая тепло чужих губ и языка, ласкающего его рот. Но через мгновение, осознав, КТО его целует, Рейта принялся бешено вырываться. Как тут вырвешься, если руки зафиксированы над головой, а сам недвижим под давлением чужого тела?
Кусать чужой язык и чувствовать вкус крови не хотелось, тем более крови собственного друга, да и Рейта не совсем уверен был, что сможет преодолеть порог, и прокусит чью-то кожу до крови. Он просто увернулся, и влажные губы Аоя уткнулись в его щёку. Но в планы гитариста это, похоже, не входило. Он пребольно сжал пальцами подбородок Акиры и вновь припал к его трепещущим губам.
«Да что же это такое творится!» - мысли лихорадочно метались в голове, но среди них не было ни одной дельной.
Внутри Рейты всё оборвалось, когда к коже прикоснулось что-то прохладное.
- Аой! – из горла вырвался чуть ли не истеричный вскрик – к шее прижималось лезвие ножа. Это касание холодило душу, заставляя всё внутри покрываться ледяной коркой. – Убери эту дрянь от меня.
Но тот лишь только усмехнулся. В глазах его горело торжество. Он пьянее от чувства собственного превосходства.
- Ну? Что ты теперь будешь делать, Аки? Ты теперь в моей власти и никто не может тебе помочь.
- Брось! Через пару дней нас всё равно начнут искать, - начал было Рейта, и тут же получил довольно ощутимый удар в лицо. Голова запрокинулась, обнажив изящную шею. Это было не столько больно, сколько неожиданно.
С каким-то детским восхищением Аой смотрел, как на щеке басиста багровеет след от его руки.
- Прости, прости, я не хотел, - он принялся покрывать беспорядочными поцелуями горящую скулу. – Не хотел делать тебе больно. Но ты сам вынудил меня.
Рейта ошарашено посмотрел на гитариста. Он никак не ожидал, что тот его ударит. Он вообще такого не ожидал. Он не знал, как реагировать и не представлял, что делать. Определённо Рейта не собирался терпеть издевательств над собой. Но поцелуи Аоя…
Нет, они не были приятными. Но и не приятными тоже не являлись. Они были никакими. И потому-то Аки никак не реагировал на них. Никаких эмоций, просто дискомфорт. Головой он понимал, что надо бы отстраниться, пнуть, сказать что бы Аой прекратил. Но рот напряжённо приоткрывался, а из горла не извлекалось не звука.
Меж тем Аой приподнялся и оглядел Акиру, размышляя. Мгновение – и нож прошёлся по майке, обнажая чуть загорелую кожу. Рейта ахнул. Тёплые губы припали к соскам, вызвав нервную дрожь в непокорном теле. Аой мысленно улыбнулся этой маленькой победе. Рейта всё же живой человек, значит, не стоит особого труда подчинить себе его тело. Это всего лишь вопрос времени.
Ощутив предательскую дрожь возбуждения, прошедшую по всему телу и затерявшуюся где-то в паху, Аки сжал зубы. В нём бушевали страх, адреналин и гнев. И всё это готово было вырваться наружу в судорожном стоне, но Аки упрямо кусал губы. Вырываться е было смысла, да и каждое неловкое движение приносило боль рукам. Рейта ещё раз дёрнулся, пытаясь сбросить с себя навязчивого музыканта, но это не принесло никаких результатов.
Меж тем руки Аоя прошлись по пряжке ремня. Рейта, наконец, понял, что же всё-таки происходит. Аой умышленно притащил его сюда с очень даже явными намерениями. Секс с гитаристом в планы Рейты не входил. А тем более такой секс. Нет, это конечно здорово, но что бы так!
- Так ты трахнуть меня хочешь? – Рейта приподнял бровь.
Да, да, Аой не раз предлагал ему «поразвлечься». Не раз подстраивал разные ситуации. Однако, Рейта не ожидал, что всё зайдёт так далеко.
- А почему бы и нет? – Аой на мгновение остановился, что бы заглянуть в глаза своей жертве. – Ты же не можешь мне отказать, - в подтверждение своих слов он, едва касаясь, провёл кончиками пальцев по рейтиному члену, искренне наслаждаясь безуспешно скрываемым восторгом в глазах в глазах Акиры. – А спрашивать я и не намереваюсь.
- О, какая «жестокая» месть.
Острить было трудно, особенно ощущая нежные ласки в особо чувствительных местах. Но тем не менее.
- И так долго ты выпрашивал сей грандиозный план? Месяц, два?! Как давно ты хочешь меня трахнуть?!! – голос Акиры сорвался на истеричный крик. От сознания своей беспомощности перед коварным Аоем и неизвестности перед тем, что произойдёт дальше. От неприятия к Аою и от понимания собственной глупости и наивности. От страха перед невменяемым другом. Рейта не смог сдержаться и дал слабину. Если он не контролирует себя, то как он может контролировать ситуацию?
Скривившись, Рейта отвернулся. Взгляд его устремился в окно, пряча набежавшие на глаза слёзы. Подумать только, он не помнил, когда в последний раз он плакал. Наверное, только на похоронах дедушки…
Аой ухмыльнулся.
- Не грусти малыш. Обещаю, тебе понравится.
Аой принялся успокаивающе целовать изящную скулу, медленно спускаясь к чуть загорелой шейке с двумя бешено бьющимися жилками.
«За что? За что?» - билось в голове бешеной мыслью, от которой темнело в глазах. Чувствуя чужие прикосновения, Аки понимал, что ещё каких-то пару минут, и он сдастся на милость этого маньяка-насильника и согласится на всё, что угодно, а если Аою захочется, то он вполне способен будет заставить Рейту молить о том, о чём он даже думать не хотел. В душе воюя с самим собой, Аки как-то пропустил момент, когда чужие губы, пройдясь по животу сомкнулись на головке его члена. Удивлённо-протестующий возглас сорвался с губ. Где-то на задворках сознания сквозь пелену наслаждения Рейта услышал тихий смех. Неприятный осадок осел где-то на краях души, заставляя всё внутри покрыться ледяной коркой.
«Шлюха, Рейта, какая же ты шлюха» - пронеслось в голове. Щёки пылали от стыда.
А Аой всё никак не мог наиграться с вожделенным телом. Он то нежно и умело ласкал член басиста, то внезапно срывался куда-то на грудь и шею, кусая и целуя, оставляя красные отметины на теле, царапая поясницу, заставляя Акиру стонать и выгибаться навстречу грубым ласкам и против воли молить о большем.
В момент, когда Рейта уже, проклиная себя, готов был кончить, Аой вдруг приподнялся, оглядывая результаты своей работы. Глаза Акиры уже блестели, затемнённые пеленой желания, губы припухли, а тело покрывали яркие засосы.
- Я же говорил - тебе понравится.
Возразить было нечего, а посему Рейта предпочёл молча восстанавливать сбившееся дыхание, ощущая как всё тело горит неистовым огнём. Все мышцы были напряжены до предела, а явное возбуждение требовало немедленного высвобождения. Аки хрипло застонал, не смея просить продолжения сладкой пытки.
- Тш, - Аой приложил палец к губам скулящего парня. – Всё только начинается.
- А? – Рейта уставился на него непонимающим взглядом – Аой выудил неизвестно откуда лубрикант и принялся бережно и нежно поглаживать ягодицы, невзначай касаясь заветного места, от чего Рейта каждый раз вздрагивал.
Он не понимал: почему? Почему Аой решил облегчить его боль? Ведь он вполне мог войти насухую, нисколько не заботясь о страданиях басиста.
Немой вопрос, застывший в глазах Акиры остался без ответа. Аой лишь более интенсивно и настойчиво подготавливал его – чуть прикусив бедро, он ввёл в Аки палец. Сначала один, затем второй. Парень вздрогнул и выгнулся. Нет, это было не столько больно, сколько необычно. Приоткрыв рот, Рейта прислушивался к собственным ощущениям. Он всё никак не мог определиться: неприятно ему или нет, но тут черноволосый гитарист коснулся головки его члена губами, одновременно задев пальцем какого-то особо чувствительного места и мысли басиста разом все улетели, оставляя за собой приятную пустоту.
- Аой, - полувопросительно всхлипнул Рейта. Тот поднял на него свои чёрные глаза. Аки казалось, что если Аой сейчас ничего не сделает, то он просто умрёт.
- Не плачь, малыш, всё хорошо, - лихорадочно шептал Аой, пару раз проведя рукой по своему члену.
Мгновение и Рейта протяжно застонал, чувствуя, как в него медленно миллиметр за миллиметром входит гитарист.
Пара движений и долгожданный оргазм должен был настигнуть его. Но Аой внезапно остановился.
Рейта такого никак не ожидал. Жалобно захныкав, он повёл бёдрами, призывая Аоя возобновить движения. Но тот властно положил ладонь на его живот. В чёрных глазах читалось предостережение. Только Аки начал приходить в себя, как Аой начал медленно двигаться всё наращивая и наращивая темп, так что скоро Рейта вновь потерял способность трезво мыслить. Из груди его вырывались протяжные стоны в унисон тяжёлому дыханию Аоя.
Внезапно Аки почувствовал резкую боль в районе левого бедра. Не столь сильную, что бы заглушить наслаждение, но весьма ощутимую. Затем ещё и ещё. Теперь уже на груди и боках. Он попытался приподнять голову и сфокусировать взгляд, но ничего не вышло. Лишь ощутив, что что-то влажное и липкое стекает по бёдрам и груди Аки понял, что произошло: в руке гитарист держал стелет на котором блестели капельки крови. Его крови! Тонкие длинные и кроткие порезы покрывали грудь и бёдра Акиры.
- Ты… ты сумасшедший, прошептал Акира. Забыв о наручниках, он снова дёрнул руками и скривился от боли. - Тебе же нравится. Нравится, не отрицай, - Аой провёл рукой по члену Рейты. Парень судорожно вздохнул. – Вот так, - с этими словами он принялся слизывать солёные капельки с окровавленного басиста, который всё ещё никак не мог поверить, что его только что порезали, как какой-то кусок мяса. Пару движений внутри и он ощутил, как Аой кончил в него. От этой мысли по телу пробежала судорога отвращения. Аой меж тем упал в изнеможении на Рейту. Тяжело дыша и продолжая рукой ласкать Акиру.
- Что, не можешь кончить? Давай я тебе помогу, - гитарист улыбнулся.
- Аой, пусти меня, - на удивление твёрдым голосом проговорил Рейта.
- Нет.
Лицо Аоя ожесточилось.
- Нет, - повторил он. – Я не отпущу тебя. И ты не уйдёшь отсюда, пока я сам этого не захочу. Ты больше не посмеешь мне отказывать, слышишь! – он навис над Акирой. – Никогда.
Пальцы грубо схватили подбородок, а жадный рот впился в искусанные губы. Вторая рука продолжала настойчиво теребить член басиста. Через пару мгновений он, судорожно вздохнув, кончил. Этот унизительный оргазм не принёс Акире ничего кроме сосущей пустоты и отвращения.
- Вот так гораздо лучше, радость моя, - Аой удовлетворённо чмокнул его в щёку. Затем поднялся и ушел прочь.
- Ублюдок, - только и смог прошептать Рейта.
Он чувствовал себя разбитым и подавленным. Его даже не интересовало вернётся ли Аой обратно. Из-за двери послышался шум воды. Лучше бы он вообще не возвращался, потому что сейчас Рейте хотелось только одного: умереть. Умереть, что бы ничего не чувствовать, не ощущать. Из раны на бедре медленно сочилась кровь.
«Вот от этого я и умру. Умру и никто меня не найдёт. А Руки? Нет, Руки лучше об этом не знать. Ему лучше вообще ничего не знать. Через пару лет или месяцев меня всё-таки отыщут. Хотя нет, скорее мо труп. А Руки узнает об этом из газет. Узнает, что я умер в заброшенном доме, прикованный к кровати наручниками и истекая кровью. Будет ли он плакать, искать меня? Или всё случится именно так, как я и подумал?»
Размышления его прервал стук распахивающейся двери. На пороге стоял посвежевший и уже одетый Аой.
- Прости, - тихо проговорил Аой. – Прости, я не хотел.
Аки запрокинул голову и захохотал.
- Брось. Ты хотел. И хотел именно этого, - в голосе его слышалась непреодолимая горечь.
- Нет, - как-то растерянно воскликнул гитарист. – Нет, - он подошёл к Акире и оглядел его порезы.
Закусив губу, он провёл рукой по изрезанной груди. Аки дёрнулся, но Аой мягко и властно его остановил.
- Чёрт, - наконец бросил он. – Надо обработать твои раны. - Выражение лица его действительно выражало сопереживание. - Но у меня нет ничего подходящего. Я… я поеду в город… и всё привезу, слышишь? Я привезу и всё будет хорошо, вот увидишь.
Расстроенный, он выбежал из комнаты, оставив Рейту одного.

***
Он не знал, сколько времени пролежал здесь. Иногда ему чудилось, что всего десять минут, а иногда что и все три часа. Ему уже казалось, что он тихо начал сходить с ума. Что всё произошедшее здесь всего лишь галлюцинация, злая шутка алкоголя. За окном уже начало смеркаться. Мысли роились в голове, вызывая бурю негативных эмоций. Изредка Рейта шевелил руками, что бы разогнать кровь. Руки уже начинала сводить судорога. За последнее время это случилось уже дважды. Простыня стала мокрой от крови. Всё из-за того слишком глубокого пореза на бедре.
Нет, Рейта не боялся смерти, ему было всё равно.
Он не отреагировал даже тогда, когда двери в который раз за этот день распахнулись, ударяясь о стену. Лишь только, когда в комнату влетел встревоженный голос Руки, он поднял голову.
- Рейта!
Маленький вокалист подбежал к окровавленному басисту и обнял его.
- Рейта, что случилось?
Тот устало вздохнул.
- Наручники. Сними наручники, - говорить совсем не хотелось. Просто не было сил.
-Что? Да, я сейчас, - Руки побежал в другую комнату.
Оттуда послышался шум и шорох, перемежающиеся с приглушёнными ругательствами вокалиста. Наконец он появился на пороге комнаты с ключом.
- Рейта, любимый, родной мой, - Руки чуть ли не плакал, снимая наручники с посиневших рук. Отбросив несчастные железки в сторону, он крепко обнял Рейту, лихорадочно целуя его лицо. Рейта чуть скривился от боли, но промолчал. Только выдавил:
- Как ты меня нашёл?
- Мне Аой позвонил. Сказал, что ты здесь и что тебе плохо. Даже назвал где ключ находится, только я тогда не понял какой. Рейта, я так за тебя переживал, так переживал. Обзвонил всех наших знакомых, думал, что с тобой случилось…
Рейта лишь устало улыбнулся, уткнувшись в макушку родного человечка.
- Всё хорошо… Всё прошло…
Темнота мягко скользила в комнату, окутывая две судорожно прижавшиеся друг к другу фигуры.

Эпилог.
Утром участники группы узнали, что Аой разбился на машине...
Nes sine te, nes teaim vivere possum. Ovid. (лат. – Ни без тебя, ни стобой жить не могу. Овидий)

АВТОР: Татиус (tatiys@tut.by)
НАЗВАНИЕ: Ценитель Извращённой Красоты
РЕЙТИНГ: nc-17
ЖАНР: POV Рейта, PWP, Angst, het
СТАТУС: закончено
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА: Рейта/Mary Sue
ФЕНДОМ: The Gazette



Мерно выпуская колечки дыма, ты сидишь в кресле и смотришь на неё. Такую маленькую, такую беззащитную.
Она стоит перед тобой, по-детски трогательно прижав руки к груди, и испуганно смотрит и без того большими глазами. Что крошка, уже перехотелось? Тёмные глаза изучающе скользят по хрупкой фигурке. Белые руки, тонкая талия. Такая милая фарфоровая куколка, сошедшая с полки. Невинная, едва-едва почувствовавшая, что такое жизнь. Наверняка она столь наивна, что влюбилась в тебя. О, да, иначе она не пришла бы к тебе в номер. Губы кривит торжествующая усмешка.
«И чего же ты ждёшь? Раздевайся,» - стучит в голове, но ты не смеешь произнести это вслух. Нет, не потому что боишься её реакции, не потому, что хочешь казаться нежным, а просто потому, что хочется вдоволь насладится этой красотой: округлённостью испуганных глаз, приоткрытыми в изумлении губками, лёгкой нерешительностью витающей в воздухе. Напряжённостью. Извращенец? Отнюдь. Скорее ценитель красоты.
И что же ты от меня ожидаешь? Наивная.
Рука подносит к губам сигарету.
Наверное, в твоих мечтах я представляюсь прекрасным принцем, полубогом, играющим на бас-гитаре и раздающим автографы. Скрытным и молчаливым. И тебе совсем невдомёк, что я не такой. Не такой, каким ты меня представляешь, не такой, каким бы ты хотела меня видеть. Я ведь не первый раз уже привожу фанатов в номер. Правда, мне до сих пор попадались более раскрепощённые девушки, знающие, на что они шли. Одна ночь, не более того. Разрядка, снятие напряжения. Эмоционального и физического. Всё же лучше, чем с группой ругаться, нет?
И я даже не буду возиться с тобой и стараться притупить твою боль или заглушить её поцелуем. Зачем? Это всего лишь одна ночь. Ночь, о которой я скоро забуду. И плевать, что я буду у тебя первым и плевать, что этого не забудешь ты. Какое мне до тебя дело? Всего одна ночь.
Я знаю, что могу поломать тебе всю жизни. Именно этой ночью. Я знаю, что на долгое время могу вызвать у тебя отвращение. Но что мне до этого?
Я тушу сигарету, задумчиво глядя на то, как она гаснет. Гаснет…
А потом срываюсь с места и впечатываю тебя в стену. Ты кричишь от неожиданности, пытаешься меня оттолкнуть.
Что ты чувствуешь сейчас? Страх, боль, отчаяние?
Что ты чувствуешь, когда мои руки гуляют по твоему телу, пальцы грубо сжимают запястья, а губы сминают твои. Что ты чувствуешь?
А я? Я разбит. Меня нет. Есть только тело, что желает разрядки. Желает снять напряжение. Ни больше и ни меньше. Когда я успел таким стать?
Ты вскрикиваешь, когда я вхожу, неудержимо резко. Из глаз твоих льются слёзы, губы жадно хватают воздух. И вырываться уже нет сил. Ты просто молча терпишь странную пытку. Терпишь моё присутствие в тебе, мои прикосновения, моё движение в тебе. Больно? Больно, когда рушатся все твои грёзы, все твои мечты. Я рушу твой мир, убивая себя с каждым толчком. С каждым толчком, приближаясь к финалу. И мне уже действительно плевать… Нет, это не самый острый оргазм. Он притуплён чувством вины. Но я всё равно удовлетворен, так или иначе.
Заправляю штаны, стараясь не смотреть на тебя. Потому что где-то внутри саднит. Совесть? Совесть, твою мать, проснулась! Где ж ты раньше была?
Я всё-таки справляюсь дрожащими руками, застёгиваю ремень и бросаю на тебя короткий презрительный взгляд.
Ты сидишь на полу, прижав голову к стене, как сломанная кукла.
Как же ты прекрасна сейчас: волосы растрёпанны, белая кожа теперь в укусах, царапинах и засосах. На щеках искрятся влажные дорожки. А в глаза пустота.
Тебя больше нет….

АВТОР: Татиус (tatiys@tut.by)
НАЗВАНИЕ: Не пишется ничерта!

РЕЙТИНГ: R
ЖАНР: POV Руки, Slash
СТАТУС: закончено
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА: Руки/Рейта
ФЕНДОМ: The Gazette

Вдохновения нету…
Не пишется ничерта.
Сижу на диванчике в студии, поглощённый в свои мысли и усердно жую кончик карандаша. Смешно! Словно бы мне это поможет написать песню! Дурак.
Вдохновения нету.
А может таланта? Может я бездарность какая? Да нет, народу нравится, а его не проведёшь. Не было бы таланта – не нравились бы песни.
Настроение хреновое. Конечно, ведь не пишется ничерта…
Надо что-то делать… что-то делать надо. Только вот что?
Наконец я не выдерживаю, устало откидываюсь назад и закрываю глаза.
- Рейта-а-а! – жалобно-мяукающе выходит.
Слышу стук двери и звук шагов. Не хочу смотреть. Не хочу видеть твоей ухмылки и надменного взгляда.
- Что? – ровно и спокойно произносишь ты.
- Не… - я бы и рад продолжить, только вот губы твои коснулись моего предплечья, заставив всё тело содрогнуться от неожиданности и удовольствия.
Я крепко зажмуриваюсь. Страшно. Или нет? Скорее стыдно. Гордость знаете ли! Она не спит, зараза!
Ты легонько толкаешь меня на диван, и я, поддавшись, падаю на спину. Я знаю, что сейчас произойдёт. И ты знаешь. Ты, наверное, ликуешь. А я сгораю от стыда и обиды. Обиды на самого себя.
Это было всего один раз. С тобой. Просто эйфория. Просто поиск. После концерта, неистово и страстно. И ещё раз. Просто что бы вспомнить. Что бы удостовериться, что это было. Не привиделось во сне, не пригрезилось мимолётной фантазией.
И вот после этого всё и началось. Муза моя меня покинула. Вернее решила покапризничать и взять в свои наманикюренные ручки власть над моей несчастной судьбой. Каким же это образом, спросите вы? А очень просто! Ну отказывается она появляться без Рейты! Вам смешно? А мне вот не очень! Я, знаете ли, всегда считал, что у меня вполне нормальная ориентация. Нет, я, конечно, не считаю остальных «ненормальными», но и себя геем не вижу. И Рейту не видел. До недавнего времени.
Пока я размышлял чьи-то длиннющие тонкие пальцы уже успели избавить меня от футболки и джинс. Надо же какой шустрый!
Впрочем, как всегда. Интересно, почему я вот так вот добровольно отдаю себя в молчаливую (пока что) власть Рейты. Я не мазохист, точно уверен. Всё из-за этой грёбанной музы! Что б её!
И Рейта тоже хорош! Смекнул, парень, что к чему. Поспорили мы…
Проспорил…
Глупо? Наверное. Обидно? Очень. Только не из-за того, что проспорил. А потому что ты меня не любишь… Не любишь ведь?
В отчаянной попытке удостовериться я останавливаю тебя, уперевшись в грудь ладонью и заглядываю в бесконечно-чёрные глаза.
Дыхание… Перехватывает. Ты не смеёшься надо мной. Нет надменности в твоём взгляде, лишь только трепетность и нежность от которой хочется плакать…
Какой же я дурак…

АВТОР: Татиус (tatiys@tut.by)
НАЗВАНИЕ: Подарок
РЕЙТИНГ: задумывалось, как PG-13
ЖАНР: Romance
СТАТУС: закончено
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА: Уруха/Рейта
ФЕНДОМ: The Gazette


Когда на меня накатывает усталость, я сажусь за стол, беру в руки бумагу и карандаш и начинаю рисовать. Нет, не целенаправленно. Просто направляю поток эмоций на бумагу, изливаю все свои переживания на девственную чистоту листка. И тогда, на этом листке мне является образ. Твой образ. Я вижу твою стройную, гибкую фигуру, твои чудесные светлые волосы, прядь, спадающую на глаза, мокрую повязку, изящные губы… Да, да, я помню всё, каждый изгиб твоего тела, каждое наклонение головы, каждый судорожный вдох. Жадно ловлю каждую твою эмоцию, что бы потом воплотить её на бумаге. Что бы любоваться тобой снова и снова. И осознавать, что ты никогда не будешь принадлежать мне…
Это больно. Если бы ты знал, как это невыносимо больно, видеть, как ты улыбаешься, слышать твой смех, чувствовать твою грусть и не сметь, не сметь даже прикоснуться. Если бы ты знал, какие мучения я переношу, наблюдая за тобой на концерте. Украдкой, что бы никто не заметил. С каким трепетом я ловлю каждое движение твоё, наполненное грацией, свойственной только тебе, одному тебе. Только ты, только ты так сладко запрокидываешь голову, целиком отдаваясь музыке, растворяясь в буре эмоций фанатов. Только ты можешь смеяться и быть отстранённым. Только ты можешь быть холоден и нежно ласкать взглядом.
Я вожу чёрные линии по белоснежной бумаге выводя то жирные, то тонкие, едва заметные линии. То остервенело штрихую и размазываю безумную черноту, то мягко и нежно наношу редкие, но такие нужные черты.
Почему ты не замечешь меня? Почему не хочешь замечать меня? Мы обходимся всего- лишь ничего не значащими фразами мимолётными прикосновениями… Мы? Я обхожусь фразами и прикосновениями. А ты?
Я не знаю, что чувствуешь ты. Я не знаю о чём думаешь ты. Ты для меня извечная загадка, скрывающая свою душу за куском материи. Он не велик, однако собрать полную картину никак не получается. Это чем-то похоже на пазл. Без пары кусочков не увидишь весь рисунок. Так и я. Вижу только визуально. Но не могу, не могу при всём своём отчаянном желании заглянуть в твою душу. В твоё сердце. Что там? Что скрывается за твоей чарующей внешностью?
Увы… я откладываю карандаш в сторону, беру листок в руки, придирчиво разглядывая результат. Я удовлётворён. Хотя когда я не был удовлетворён?
Взгляд сам по- себе тянется к стене, где уже висят десятки рисунков.
И на каждом из них – ты. Ты, весёлый и грустный, усталый и бодрый, одетый и обнаженный.
- Когда-нибудь я подарю их тебе…
- Кому ты там уже собрался что дарить? – дверь тихо приоткрылась, и на пороге явился ты, моя мечта, моя жизнь.
А потом ты увидел стену. Стену, обклеенную картинами с твоим изображением. Ты стоял посреди комнаты, с приоткрытым от удивления ртом. А я, затаив дыхание, слежу за твоей реакцией. Ты растерянно переводишь взгляд то на стену, то на рисунок, то на меня. Наконец ты подходишь ко мне, а я настороженно жду приговора.
Твои руки обвивают мою шею, и я закрываю глаза, только что бы не закричать от напряжения.
- Это всё для меня?
Странно… Я слышу мягкость в твоём голосе? Или мне только кажется…
- Для тебя… Странный подарок, но…
Твои пальцы касаются моих губ, и я замолкаю.
- Главное, что он от тебя…
Место пальцев занимают твои чуть розовые губы, а я целую тебя и думаю, что достиг предела своих мечтаний. Тебя, мою мечту, мою жизнь.

АВТОР: Татиус (tatiys@tut.by)
НАЗВАНИЕ: Я нужен тебе..
РЕЙТИНГ: NC
ЖАНР: POV Аой/ PWP/Slash
СТАТУС: закончен
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА: Аой/Рейта
ФЕНДОМ: The Gazette



Ну вот, очередной концерт, и меня в который раз можно выжимать, как тряпку. Захожу в гримёрку – ты без сил валяешься на полу, закрыв лицо влажным полотенцем. Слышу твоё частое почти истеричное дыхание. Словно бы в одно мгновение ты разучился дышать, а теперь пытаешься наверстать упущенное. Твоя одежда местами промокла, а на коже блестят прозрачные бисеринки. Волосы прилипли к лицу влажными прядями
Запах. Я чувствую твой запах. Ты почти никогда не пользуешься парфюмерией… Нет, твой запах меня не отталкивает. Наоборот.
Словно бы спичкой на сухую солому – во мне вспыхивает желание. Желание обладать твоим стройным, гибким телом. И я буду им обладать.
Рука сама собой тянется к двери и защелкивает замок. Услышав щелчок, ты сбрасываешь полотенце и приподнимаешься на локтях. Твои глаза полны изумления, а обветренные губы приоткрыты в немом вопросе. Удивлён? Я тоже. Ты, наконец, собираешься с мыслями и скептически приподнимешь бровь.
-Аой? Что это ты делать собираешься? – в твоём голосе сквозит прохлада. Конечно, ты устал и раздражен. Тебе хочется побыть одному, я понимаю. «Стресс, мой дорогой друг. Его надо как-то снимать..» - кажется, я сказал это вслух, потому что твоё лицо исказила гримаса ужаса. Такого откровенного отвращения на твоём лице я ещё не видел.
- Ты что? Совсем с ума съехал?!
Мне остаётся лишь усмехнуться и подойти к тебе ближе.
Ну вот что ты смотришь на мня, как бык на новые ворота, чего ты дёргаешься? Я же всё равно получу своё, и ты это знаешь…
Я взгромоздился на тебе, сжав твои бёдра своими. Даже если бы ты и захотел, то не смог бы сопротивляться. Ты вскидываешь руки в отчаянной попытке удержать меня, но ты слишком обессилен. Как только мои руки касаются твоих запястьев – ты безвольно опускаешь свои руки на прохладный пол. Вот она – долгожданная победа, вот он – миг предвкушения, перевоплощенный в жизнь.
Я уверен в том, что ты сдался не оттого, что хочешь меня, а от дикой усталости. Не знаю, моральной или физической. Знаю только одно – я нужен тебе… а ты нужен мне.
Невольно всхлипываешь, когда я губами касаюсь твоей шеи, слизывая бисеринки, наслаждаясь вкусом твоей кожи, твоим вкусом. Всё ещё удерживаю твои руки, хотя в этом нет необходимости. Я готов целовать и ласкать твоё тело до полного изнеможения, но боюсь просто–напросто убить тебя. Я хотел бы показать тебе всю нежность на которую способен, но кровь уже стучит в висках. Ты задыхаешься, захлёбываешься своими всхлипами и стонами, твоё тело сотрясает дрожь, повинуясь моим губам и рукам. Я давно изучил твоё тело и знаю, где стоит нежно приласкать, а где жёстко и грубо прикусить почти до боли нежную кожу, доводя тебя до исступления.
Ты готов кричать, просить, умолять, но из горла вырываются лишь сиплые всхлипы.
В дверь кто-то ломится, когда я вхожу в тебя остервенело-резко, зажимая твой рот рукой, чувствуя пальцами прохладу мокрой от пота повязки.

***

Ты лежишь на полу. Уставший и обессиленный. Твоя голова покоится на моём плече, а глаза, эти холодные насмешливые глаза, сейчас закрыты, придавая твоему некогда суровому лицу трогательную невинность. Дыхание… Оно почти не слышно. Я даже сперва испугался: не убил ли тебя ненароком. Нет, как же я могу убить тебя? Ведь ты нужен мне. А я…

АВТОР: Татиус (tatiys@tut.by)
НАЗВАНИЕ: Капли
ЖАНР: Angst
СТАТУС: закончено
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА: Руки
ФЕНДОМ: The Gazette


…как, кап, кап – тонкими струйками стекает по бледной коже….
Больно? Тебе больно? Отчего ты весь сжался, согнулся над умывальником? От чего слёзы градом катятся по твоим щекам?
Ты ведь хотел этого? Хотел? Хотел славы, денег, известности. Что же случилось с тобой? Ты боишься? Боишься безликой толпы, её глаз, её рук. От одного крика её тебя бросает в дрожь, ком подползает к горлу, а ноги подкашиваются.
Отвращение? Тебе не понятен тот водоворот эмоций, что охватывает тебя на сцене. Водоворот, исходящей от сотен людей, что с болезненным обожанием смотрят на тебя.
Смотри! Смотри! Мы любим тебя! Мы обожаем, боготворим, хотим тебя.
А ты? Ты любишь нас?..
… боишься?...
Ты безумен в своём желании творить, а мы безумны в своём обожании.
Странно, ведь без этой толпы не было бы ни группы, ни тебя. Ты должен, ты обязан любить её.
… не любишь? не хочешь?..
Взгляд твоих усталых глаз натыкается на собственное отражение. В зеркале ты видишь сотни лиц. Смотри! Смотри, не отрывая взгляд! Что с тобой стало, посмотри на себя! Ты бледен, под глазами мешки, макияж размазан по лицу, а в душе…
Твоя душа – руины, она разорвана на клочки от безумных метаний. Хочешь кричать, но губы упрямо сжимаются, непозволяя ни единому звуку вырваться из груди. Тяжесть. Она рвёт тебя изнутри, поглощает твою душу и разум. Взрыв! – твоя рука резко впечатывается в ненавистное отражение. Сверкающие звёзды тихим звоном рассыпаются по кафельному полу.
Боль в руке не может заглушить душевной пустоты. Ты сжимаешь руку в кулак, зажимая осколки.
… кровь тонкими струйками стекает по бледной коже…

Название: Три оттенка боли

АВТОР: Татиус (tatiys@tut.by )
НАЗВАНИЕ: Три оттенка боли
РЕЙТИНГ: G
ЖАНР: Angst, V
СТАТУС: закончено
От Автора: три фика, заключённые в одном.







Название: Пустота
Пейринг: Тора/Хирото
Фендом: Alice Nine



Я наблюдаю за тобой.
Твоё юное тело извивается в такт музыке, тонкие пальцы терзают гитару, извлекая божественные звуки. Что ты чувствуешь? Исступление? Удовлетворение? Боль, радость?
Ты не можешь описать это словами.
Для меня музыка – это свобода, а для тебя – чувства. Чувства, от которых я хочу освободиться. Ты ещё слишком юн, что бы понять всю пагубность чувств, которые переполняют тебя. Чувства – это боль. Невыносимая, всепоглощающая, ненужная кутерьма. Проще не чувствовать совсем.
Ты излучаешь свет и тепло. Твои лучи затмевают само дневное светило. Ты «вечный двигатель» нашей группы. Наша искорка.
Если бы ты знал, как мне хочется сломать тебя, выпить, разорвать. Показать тебе мой мир, беспощадно разрушая твой. Показать всю мощь боли и страданий. Красоту чёрно-белого мира. Если бы ты знал, как боюсь я этого – разбить твой мир иллюзий.
Я наблюдаю за тобой.
И днём и ночью, на сцене и дома, одетым и обнажённым, весёлым и печальным. Не смею прикоснуться к тебе, ибо я недостоин, ибо я мёртв, ибо в смерти своей нахожу свободу…
Когда-нибудь, мой дорогой Хирото, ты познаешь боль разбитой мечты, но не моими руками, не мной…
Я наблюдаю за тобой…




Название: Стыд
Пейринг: Уруха/Аой
Фендом: The Gazette

В бледной руке зажат карандаш, тонкие полосы коротким дождём изливаются на бумагу. Ещё мгновение и их сменят жирные и грубые, почти чёрные. Извивающиеся линии невольно складываются в рисунок. До неприличия красивый, до дрожи в пальцах живой, до сумасшествия правильный. Сплетение двух совершенных мужских тел. Сладкое видение, что преследует тебя уже несколько месяцев.
Ты устало закрываешь глаза и откидываешься на спинку стула. Но перед тобой вновь возникают странные, хаотичные образы: чёрные волосы, тёмные глаза – жгучая внешность – верно, прожигает твой мозг, твою душу не жалея и не оставляя ни единого нетронутого клочка.
-Это что?
Ты вздрагиваешь от неожиданности. Аой? Как он… как он так беззвучно вошёл?
Взгляд невольно ищет случайный рисунок и находит его в изящных руках гитариста.
Стыд, страх. В груди всё сжимается в ожидании неизбежного, а щёки почему-то начинают пылать.
Аой отбрасывает листок, словно ядовитую змею и фыркнув:
- Придурок! – стремительно уходит порочь, хлопнув напоследок дверью.
Боль…

Название: Страх
Пейринг: Мику/Канон
Фендом: An Café

Ты знаешь, я никогда не думал что, полюблю тебя. Мне всегда говорили, что я женюсь на какой-нибудь тихой мирной и работящей девушке подстать мне. Она будет мне рожать детей, а я буду ездить в турне. Но именно в этом турне я понял, что люблю тебя. Люблю и тайно плачу. Потому что не могу рассказать о своих чувствах. Потому что боюсь твоей реакции, потому что боюсь услышать слово «нет». Когда ты рядом, мне хочется кричать и смеяться. Хочется плакать от радости, лишний раз прикоснуться к тебе. Но нет, я стою в стороне, тихий и невидимый твоему взрывному и шумному темпераменту. Посмотри, посмотри на меня, задержи на мне взгляд ну хоть на долю секунды больше. Улыбка играет на твоих губах, глаза большие, почти кукольные, светятся бесконечной энергией. Как же я люблю тебя…
И, быть может, признался бы тебе, невзирая на страх, если бы неделю назад не увидел тебя с другой. Где-то в белизне бесконечно-одинаковых гримёрок. Ты шептал ей что-то о любви, а она доверчиво жалась к тебе, забрасывая ногу на бедро. Я не знаю, любишь ли ты её или нет. А вдруг да? Вдруг ты действительно любишь и оттого-то весь и светишься. Ведь несмотря на то, что мы столько лет вместе я всё равно о тебе почти ничего не знаю. Мы не говорим с тобой о наших пассиях. И уже давно. Я не знаю ничего о твоей личной жизни. Ровно так же как и ты о моей. Да наверное мне это и не нужно – было бы совсем невыносимо, слышать о твоей очередной пассии.
Я устало закрываю глаза. Чьи-то горячие пальцы хватают меня за руку, а шею ласкает влажное дыхание:
- Канон…
И я боюсь открывать глаза…